«Лучшим преемником тирана всегда становится тот, о ком никто даже не догадывается»

— Родная бабушка считала его слабоумным. Мать говорила, что он «урод среди людей». Для дядюшки он был пустым местом, для племянника объектом жестоких розыгрышей. И только дедушка его жалел, хотя не был уверен, что он «так сказать, человек полноценный».

Этим дедушкой был великий император Август. Бабушкой – его не менее великая жена Ливия. Дядюшка – суровый император Тиберий, а очень нелюбимый племянник – безумный Калигула. В общем, ничего удивительного, что Тиберия Клавдия Цезаря Августа Германика почти никто в Риме не принимал всерьез.

Да и как его было принимать всерьез? Телосложения Клавдий был рыхлого, ходил прихрамывая, разговаривал заикаясь, «смех его был неприятен, гнев отвратителен». Изучал латинскую грамматику, придумал три новые буквы, написал историю Карфагена в восьми томах и историю этрусков в двадцати. То есть, интересовался вещами, которыми неприлично интересоваться молодому человеку из хорошей императорский семьи.

Неудивительно, что дедушка Август вписал Клавдия в завещание наследником третьей очереди. Император Тиберий близко не подпускал его к государственным делам. И только при Калигуле его карьера сдвинулась с мертвой точки. Он стал занимать государственные должности и даже исполнял обязанности консула.

Но не потому, что племянник оценил таланты. Калигула и коня готов был ввести в сенат, чтобы унизить сенаторов.

Так что самому Клавдию все эти назначения вряд ли принесли радость. В сенате он выступал последним, на пирах шуты кидались в него фигами и косточками, а однажды Калигула ради смеха приказал бросить Клавдия в реку в полном консульском облачении, так что тот едва не утонул.

Зато, ни подозрительный Тиберий, ни безумный Калигула, не считали Клавдия угрозой. Как позже говорил сам Клавдий «он нарочно притворялся глупцом, потому что иначе не остался бы жив».

Все изменилось в один день, когда безумный Калигула был убит собственными телохранителями. Говорят, что, когда солдаты ворвались во дворец, Клавдий прятался за занавеской. Его нашли, узнали и один из гвардейцев обратился к Клавдию как к императору, потому что никого более подходящего под рукой не оказалось.

Может быть, все так и было. Может быть, Клавдий и правда был случайным императором. Но дальше он действовал с решительностью, которую в нем никто раньше не мог заподозрить.

Пока растерянный сенат искал преемника и думал, не объявить ли о восстановлении Республики, Клавдий отправился в лагерь преторианцев. Поблагодарил солдат за оказанное ему высокое доверие и пообещал каждому подарок в размере годового жалованья в момент своего вступления в императорскую должность.

После этого сенату обсуждать уже, конечно, было нечего. Клавдий, которого пятьдесят лет никто не принимал всерьез, стал императором.

И он стал на удивление приличным императором. Уже за одно только прекращение террора римляне могли быть Клавдию благодарны, но прекращением террора его достижения не ограничились.

Он привел в порядок судопроизводство и государственные финансы. Снижал налоги и давал льготы тем, кто строит торговые корабли. Построил несколько акведуков, чтобы снабжать Рим водой. «Когда со снабжением провизией из-за постоянных неурожаев начались трудности, он ни перед чем не останавливался, чтобы наладить подвоз продовольствия».

Когда в одном из районов Рима случился большой пожар, он два дня ночевал в здании местной администрации, чтобы лично руководить спасательными работами. При не воинственном Клавдии даже началось завоевание Британии, на что не решался ни один из его великих предшественников.

«Всем этим он в недолгий срок снискал себе великую любовь и привязанность».

А ведь до того, как Клавдий стал императором никто и представить себе не мог его в этой должности. Так что лучшим преемником тирана всегда становится тот, о ком никто даже не догадывается.